This Is Media поговорил с феминистками из мира искусства, театра и литературы, чтобы узнать, изменилось ли что-то за восемь лет, принято ли сегодня оправдывать абьюзеров их талантом, воспринимать домогательства как должное, а любую попытку огласки — как предательство сообщества, и так живущего во враждебном окружении.
Елена Георгиевская: “Нетрезвый литературный куратор ударил меня головой о край фонтана за отказ переспать с ним”.
В литературном мире домогательства распространены меньше, чем в театральной и киношной среде, где женщины зависят от мужчин-режиссеров. Но все равно это есть. Многие знакомые рассказывали, что им предлагали опубликовать подборку в каком-нибудь журнале ”Зори Приречья” за секс. Но это традиционалистская паралитература, а в соседних кластерах соблазняют намного более тонко.
Еще несколько лет назад русская культурная среда была очень терпима к классическому раскладу ”мужчина-преследователь vs женщина-жертва”. Но вот если просачивались слухи, что некий редактор встречается с одним из авторов своего альманаха, молодым парнем, — ”настоящие мужчины” закатывали настоящую истерику. Сразу же выдумывались сплетни о том, что геи искушают, подчиняют, опутывают сетями несчастных парней, даже если сам парень был инициатором отношений с более влиятельным мужчиной.
Оправдание насилия причудами гения, который имеет право на слабости, очень распространено. И тут кластер уже не играет определяющей роли.
